Мечтарь
Седьмого апреля снова совсем того не желая, осознал, что сплю. На сей раз, правда, осознание было вялым, без толчка.
На пароме я добрался до архипелага с говорящим названием – Странный. Странен он был тем, что острова его складывались в похожий на Апеннинский полуостров сапог. Только этот двойник Италии находился не в Средиземном, а в Северном море. С парома мне привиделось, что столица Архипелага умещается в два дома, но сойдя на берег, я понял, что ошибся. Здесь было, по меньшей мере - две тысячи домов.
Наша группа ушла в город, а я остался на пристани. Стою, слушаю составившего мне компанию человека, кидая взгляд то на свинцовое, кричащее чайками море, то на срезанную бортиком голову торговки сувенирами, и вдруг прерываю излияния спутника словами:
-Возможно это сон.
-Сон? – недовольно переспрашивает спутник.
-Да, – пожимаю я плечами.
Рука сама собой отрывается от бедра, я наставляю на мужчину мизинец. Не светится, а как насчёт торговки?
Поднимаюсь в город, тётка с улыбкой предлагает мне сувениры, я меж тем её сканирую. Опять безрезультатно.
Так и ходил по всему городу, пока не понял, что весь он от чаек до жителей – сплошная иллюзия.

Чуть погодя мне приснился куда как более интересный сон, пускай в нём и не было осознанности.
Мы будто бы приехал на автобусе в Крым. Не могу сказать точно, кем мы были, тогда я, кажется, смотрел «Экстрасенсов», так что вполне возможно я был одним из них. Но были в нашей группе и обычные люди. Впрочем, в город ушли все, кроме меня и одной женщины, которая в расстройстве присела на бордюр. Я не ушёл только потому, что хотел поинтересоваться, что с ней.
Она показала мне на газету, которую читала. Газета называлась «Пульс Душанбе».
-Я оттуда, - пояснила женщина, - родители у меня погибли.
Я понял, что погибли они не сейчас, женщина упомянула о них только для того, чтобы подчеркнуть степень своего одиночества.
-Никого у меня нет, и не будет.
- А сколько тебе лет? – спросил я.
Старой она не была, но внешне её никак нельзя было назвать привлекательной. Лицо плоское, тёмное, взгляд потухший.
- Тридцать восемь, - выдавила женщина.
- Ну, у тебя ещё всё впереди! – попробовал ободрить её я. – Хватит себя доводить, пойдём, прогуляемся вон к той церкви.
Я показал на высоченную колокольню с золотыми луковками. Белой ракетой она штурмовала безоблачное небо, что было на диво красиво. Церковь располагалась справа от нас, за кварталом, выкрашенных в песочный цвет, сталинок, но чем ближе мы к ней подходили, тем хуже её было видно.
-Она, наверное, далеко, - вздохнул я, - давай лучше поищем наших.
Мы свернули влево, и вскоре ступили на площадь, где торговали едой и поделками. Здесь были почти все члены нашей группы. Я хотел было присоединиться к ним, но поняв, что они совсем не торопятся, предложил своей новой знакомой, пройти до жилого квартала слева. За поворотом нас ждал резкой домик, рамы которого сверкали от искусственного снега. Снег лежал и на крыше палатки, в которой торговали вещами, покрытыми странным веществом. Я загляделся на подпёртую деревянной развилкой верёвку. Снег на солнце превращался в россыпь сверкающих всеми цветами радуги алмазов, в тени же это было просто белый кристаллический порошок.
Одна из наших девушек выбирала покрытые снегом ботинки, моих же денег могло хватить разве что на шнурки. За ними я и встал в очередь.
Но девушка так долго выбирала обувь, что я не выдержал и поторопил её.
-Если ты и дальше будешь думать, то мы непременно опоздаем на автобус.
Девушка с нескрываемой злобой обернулась ко мне, и я решил больше ей не мешать. Хочет опоздать, так, пожалуйста, а мы с новой знакомой лучше пойдём к автобусу.
Как, вскоре выяснилось, поспешили мы рано, у автобуса ещё никого не было.

@темы: осознанные сны